andrey_trezin (andrey_trezin) wrote,
andrey_trezin
andrey_trezin

Category:

БУНТ ПЕРСОНАЖЕЙ ПРОТИВ АВТОРА. СЕМИСОТАЯ ПОПЫТКА

Только что по "Культуре" закончился английский телефильм о том, что Шекспир -- не Шекспир.
Для тех, кто верил его жуликоватым авторам, извлекаю из архива свою старую заметку, написанную три года назад на ту же животрепещущую тему:
...
Однажды я сильно обидел одну тонкую и образованную молодую даму, любительницу драматургии Шекспира и поэзии Ломоносова. Дама отказала Шекспиру в праве происходить из семьи перчаточника (впоследствии, впрочем, мэра Стрэтфорда, женатого на состоятельной провинциальной дворянке владельца поместья и соискателя дворянского герба), а я невежливо поинтересовался, говорили ли ей, что она – расистка (пусть всего лишь социальная, а не классическая, расовая)?
Судя по бурному бурлению, выяснилось, что не говорили.
Перескажу ту заметку про Шекспира. Но с добавлениями. Все-таки минули годы.
«Бунт персонажей против автора» – так после войны Ахматова говорила о маргинальных попытках доказать, что Шекспира не было (знаю от В. Д. Берестова).
7 мая 1956 Юрий Домбровский сообщал театральному режиссеру Леониду Варпаховскому: «Пишу повесть о Шекспире “Вторая по качеству кровать” (это о его смерти и взаимоотношениях с женой, которой он из всего своего имущества завещал только эту “кровать”)».
Время было романтическое, оттепельное. Домбровский в своей повести, видимо, многое угадал. Но в те годы (в годы царствования Пастернака и Лозинского) и в голову не могло прийти, что официально завещанная нелюбимой супруге «вторая по качеству кровать в доме» – это стёб, одна из тех громовых шекспировских шуток, которыми брызжут  его пьесы, и которые, как правило, с таким трудом опознаются шекспироведами.
У великого поэта при всем английском его юморе было чисто русское чувство стёба. Он как знал, что вымороченные ножки той несчастливой супружеской кровати по наследству достанутся Илье Гилилову.
То, как это произошло, – доподлинный гимн чванливой нашей глупости.
В 1785 году (через полтора с лишним века после смерти драматурга) преподобный Джеймс Уилмот сделал устное заявление, мол, настоящим Шекспиром был не иначе как Фрэнсис Бэкон. (Какой бес попутал священника, на этом свете мы вряд ли узнаем.) Прошло еще более полувека. В 1848 году в романе полковника Джозефа Харта («Романе о прогулке на яхте») соображения Уилмота получили обоснование. Узнав из жизнеописания Шекспира в «Кабинетной энциклопедии» Дионисия Ларднера о непристойностях в сочинениях классика, Харт предположил, что Шекспир «покупал или добывал тайком» чужие пьесы, дабы «приправлять их непристойностями, сквернословием и грязью».
Главный аргумент был по-полковничьи сокрушительным: благородный человек не мог опуститься до непристойностей, а неблагородный (да еще без университетской степени!) не мог написать шекспировские пьесы. (Полковник сам был хороших кровей, и, кстати, обладал ученой степенью – состоял патентованным юристом.)
В 1856 году в статье американки Делии Бэкон настоящим автором шекспировских произведений был вновь назван Фрэнсис Бэкон. В конце того же года исследовательница провела ночь в церкви Святой Троицы в Стратфорде. Она твердо намеревалась вскрыть могилу Шекспира, но, в конце концов, осуществить свое предприятие не решилась. Свою уверенность в причастности собственного предка к «шекспировской проблеме» американка изложила в книге «Раскрытая философия пьес Шекспира» (1857).
В 1885 г. было основано Английское Бэконовское общество, издававшее журнал, а в 1892 г. такое же общество создано в США. Начались поиски анаграмм, криптограмм и прочие великие радости мелкого обывателя. По каким-то своим соображениям к антистратфордианскому движению примкнули даже Марк Твен и Зигмунд Фрейд.
(Ну, действительно, разве мог бы Толстой написать «Войну и мир», если б не его графский титул? Значит, некто Шекспир просто участвовал в заговоре. А кто и с какой целью этот заговор затеял, предстояло установить.)
Поскольку дело обнаружения «подлинного автора» оказалось весьма приятным и прибыльным, возникли и другие кандидаты в Шекспиры – граф Дерби, граф Эссекс, королева Елизавета, Кристофер Марло (убитый в 1593 г.), граф Оксфорд и граф Рэтленд.
Главное доказательством того, что Шекспир из Стратфорда-на-Эйвоне – это драматург Шекспир – упомянутые в его завещании имена Джона Хемингса и Генри Конделла. Это два актера и пайщика шекспировской труппы, друзья поэта, каждому из которых была завещана символическая сумма в 26 шиллингов 8 пенсов «для покупки траурных колец». (Что такое эти кольца мы не знаем – то ли венки, то ли траурные повязки, но понятно, что этим поэт назначал их распорядителями на своих похоронах.) И именно Хемингс и Конделл издали в 1623 году Первое фолио – наиболее авторитетное собрание пьес и сонетов своего товарища. Есть еще надпись на стратфордском памятнике, одна на латыни, сравнивающая Шекспира с великими деятелями древности, другая на английском, где он превозносится именно как писатель. Есть строки Джонсона в Первом фолио, в которых Шекспир назван «сладостным лебедем Эйвона».
…Я всего лишь пересказал одну страницу из оксфордской «Шекспировской энциклопедии» Стенли Уэллса (русское издание: М., 2002; перевод А.Шульгат), добавив лишь пару собственных соображений.
Ничего нелепей этой истории не вообразить.
Однако бунтующие против Автора персонажи серьезны и последовательны.
«Вторая по качеству кровать» – для них не стёб над нелюбимой женой, а свидетельство мелочности завещателя. А ломаная подпись на завещании (такой почерк был у Лихачева после смерти дочери и у моего отца после его первого инсульта) – свидетельство малограмотности.
С теми, кто полагает, что строка в завещании «моей супруге – вторую по качеству кровать в доме» говорит о скаредности и низком интеллектуальном уровне покойного, спорить бесполезно. Я это понял в начале 2000-х на одной из московских шекспировских конференций. Говорил тогда и про Ахматову, и про поставленный ею диагноз, обращаясь персонально Илье Гилилову, тогда еще здравствующему. И не забуду тех полных высокомериях глаз «ученого секретаря Шекспировской комиссии», в которых ясно читалось: «Мудак ты, парень. Сам нищий, так не мешай бизнесу солидных и успешных людей».
За прошедший год по интересующей нас теме в сети появились две блистательные заметки Григория Кружкова, не оставляющие ни шанса персонажу Гилилова:
Но бунтующий персонаж и не почешется. Расизм многолик. И практически бессмертен, пока санврач Онищенко на голубом глазу может предложить ввести запрет на въезд в Россию таджиков. (А как же? Они ведь болеют туберкулезом…) На том же основании закрыть российские тюрьмы доктору-расисту в голову не приходит.
Даже обидно, что в одном наша социальная расистка оказалась права. Цитирую:
Поскольку начальным воспитанием ребенка традиционно ведают женщины, мать Шекспира, обучая сына дисциплине и надлежащим манерам, несомненно, вложила в его голову мысль о благородном родстве. Независимо от степени, Уильям по крови и плоти был потомком древних графов Уорикшира, Арденов из Арденского леса. Пусть отпрыск младшей ветви и по женской линии, Шекспир не мог не почувствовать своей кровной причастности к шестисотлетней истории арденского рода, столь тесно связанной с его малой родиной — Уорикширом. Будучи, в сущности, полукровкой, Уильям должен был ощутить эту причастность особенно остро. Ведь ему — Шекспиру, а не Ардену — надлежало всем своим поведением показывать, что в его жилах течет кровь одного из древнейших дворянских родов королевства.
    То, что Шекспир гордился своей арденской кровью, становится хорошо понятно, если вспомнить Арденский лес из пьесы «Как вам это понравится». Этот сказочный мир, в котором происходят подлинные чудеса, практически является не просто местом действия, а одним из героев комедии. Хотя действие, как заявлено, происходит во Франции (там действительно тоже есть местность под названием Арденны), нет сомнения в истинно английском характере шекспировского леса. Арден — колыбель рода его матери, его собственная родина, земля, принадлежавшая поколениям и поколениям его предков. Нет ничего удивительного в том, с какой любовью нарисовал ее Шекспир.
    Неудивительно и то, что, получив дворянство, Шекспир (от имени отца) запросил Геральдическую палату о праве объединить свой свежеполученный герб с древним гербом рода Арденов. Такое право было ему дано, хотя Шекспир, видимо, счел благоразумным им не воспользоваться. Ровно через два года после этого случился маленький геральдический скандал, направленный против герольда, выдавшего дворянский герб какому-то актеришке Уильяму Шекспиру. Вероятно, опасность еще большего скандала из-за герба Арденов заставила Шекспира отказаться от права объединить свой герб с материнским.
15 ноября 2011
Tags: Шекспир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →